Текст для итогового изложения «Дружба»

Дружба

Дружили в одной пехотной роте радист Степан Кузнецов и пулемётчик Иргаш Джафаров. Кузнецов – весёлый парень из Рязани, а Джафаров – задумчивый казах, который любил песни родные напевать.

Кузнецову его песни и сам язык нравились. И начал Кузнецов учить казахский язык. В конце концов Кузнецов стал понимать песни Джафарова.

Дружба и сил прибавляет, и в бою выручает. Кабы не она, пришлось бы друзьям погибнуть накануне самой победы.

Случилось это при штурме Берлина. Рота захватила дом на перекрёстке, закрывавший подход к рейхстагу, и тут попала в окружение. Кузнецов запросил по радио подмогу, но вражеский радист подслушал. Когда на помощь пехотинцам пытались прорваться наши танки, их в упор расстреляли два немецких танка, спрятавшихся в воротах дворов.

Танкисты едва спаслись, а наши танки горели среди улицы.

Что делать? Пулемёт Джафарова разбило снарядом. Сам он

с осколками в груди лежал на полу.

– Ты жив, Иргаш? – наклонился к нему Кузнецов.

– Подмогу зови. Танки зови. Пускай магазином идут, через витрину, как я сюда шёл… Магазин большой, пол бетонный, – шептал Иргаш по-казахски.

– Беда, брат: перехватывает фашист мои слова, хорошо знает по-русски, – отвечал Кузнецов.

– Говори по-казахски, – посоветовал Джафаров.

Кузнецов ответил: «Это верно… Но кто же поймёт сообщение на казахском?»

– Вызывай штаб, проси земляка моего Узденова.

Кузнецов вспомнил, что видел в штабе маленького смуглого танкиста

в кожаном шлеме, прибывшего для связи из танковой части. Кузнецов по рации стал вызывать подмогу:

– Узденова, прошу к аппарату танкиста Узденова! – решительно потребовал Кузнецов, замирая от волнения.

Фашисты, почуяв, что рота ослабела, становились всё наглее. Они строчили по дому из автоматов, швыряли гранаты.

– Я Узденов, слушаю! – раздался в наушниках резковатый голос.

– Я Кузнецов, друг Джафарова, – сказал в ответ Кузнецов по-казахски. – Слушайте внимательно. К нам можно прорваться через универсальный магазин, прямо через витрину… Это напротив того места, где горят танки. Отвечайте по-казахски: нас подслушивают!

– Вижу горящие танки.

– Улицей не ходите: там в воротах немецкие танки. Идите прямо через магазин. Его задний фасад выходит на наш двор.

– Есть, сейчас будем на месте! – сказал Узденов.

Фашистский радист долго ломал голову: на каком это шифре переговариваются русские радисты? Учён и хитёр был немец, а казахского-то языка не знал. Всё слышал, а ничего не понял и не успел предупредить своих. Окружение было прорвано нашим грозным танком.

Опоздай он на минуту – погибли бы наши герои.

(По Н. Богданову)

(363 слова)