Вариант 1 ЕГЭ по русскому языку

У художника Ореста Кипренского бывали минуты сосредоточенности и внимания. Они приходили внезапно. Они застигали художника то
среди улицы, то в разгаре беседы с друзьями. Как бы от сильного внутреннего толчка окружающий мир преображался. Куда ни взглянешь, всюду лежали чистые краски, то плотные, то совершенно прозрачные, созданные светом северного солнца, снегом, огнём фонарей. Привычная земля казалась в <…> минуты творением гениальных художников или архитекторов. Цвет неба и облака были как будто написаны венецианцами,
а горизонты, синие от прохладного воздуха, провёл своим безошибочным карандашом Растрелли.
Однажды на зимнем рассвете Кипренский шёл по мосту через Неву, опустив голову, и ни о чём не думал, – ему хотелось спать. Запоздалая тройка пронеслась мимо. Колкая морозная пыль посыпалась в лицо. Кипренский очнулся, поднял голову и остановился. То, что он увидел вокруг, было больше похоже на торжественный сон, чем на петербургское утро. Ночь не хотела уходить из столицы. Она лежала пластами тяжёлого сизого воздуха у подножия зданий и в глубине садов. Взошло солнце. Багровый свет уже загорался в окнах дворцов и падал вниз, в темноту, вырывая из неё то полосатую будку часового, то бронзовый· памятник полководцу, седой
от снежной пыли, то капитель колонны, украшенную замёрзшими листьями аканта. Летел густой, медленный снег. Чудилось, что он зарождается
в чистом воздухе между землёй и небесным сводом.
Кипренский долго смотрел на торжественное падение снега среди немоты и безлюдья петербургских площадей. Столица покрывалась белым блеском. «Как я счастлив, что родился в России!» – подумал Кипренский. Дома Кипренский сбросил мокрую шинель и сел к топившейся печке.
– Где, – сказал он с тоской, – где я возьму красок, чтобы изобразить это зимнее безмолвие, и этот блеск, и дворцы, утратившие объём и тяжесть,
и, наконец, волнение своего сердца? Какой божественной кистью я смогу передать немой восторг этого утра?
(По К.Г. Паустовскому)

(1)Коля простоял у двери с дощечкой «Детская музыкальная школа» несколько минут. (2)Интересно всё-таки, почему Лёнин учитель позвал его!
(3)Учитель, объявляющий, кто сейчас будет играть, назвал Лёнину фамилию, и Коля встрепенулся. (4)Ему вдруг стало очень страшно за друга: что, если тот опозорится, забудет? (5)Может, не выучил?
(6)И тут впервые Коля подумал с сожалением: не надо было вчера звать Лёню гулять.
(7)А Лёня уже вышел к роялю и через головы всех посмотрел в конец зала, на Колю…
(8)Коля никогда не думал, что у его друга такие ловкие руки. (9)И как здорово он играет! (10)Дома Коля никогда не слушал его. (11)Если он заставал Лёню играющим, то обычно говорил что-нибудь ядовитое, вроде: «Эх ты, пиликалка!» – и Лёня сейчас же бросал скрипку и уходил с ним по их настоящим, важным мальчишеским делам. (12)А сейчас эти дела уже не кажутся Коле единственно важными на свете. (13)Сейчас он с удивлением
и тревогой слушает друга и следит за его ловкими руками…
(14)Но вот Лёня сыграл что-то решительное и громкое и остановился. (15)Закончил? (16)Нет, пианистка заиграла одна, а Лёня стоит, опустив скрипку. (17)Он смотрит в конец зала, но Коля понимает, что сейчас Лёня не видит его. (18)Лёнино лицо строже и спокойнее, чем всегда. (19)Глаза блестят, губы плотно сжаты. (20)Но вот он снова поднял смычок.
(21)Ух, как хорошо он заиграл! (22)Даже мурашки забегали по Колиному телу. (23)И вдруг… что же это, неужели сбился?
(24)Да, Лёня вдруг как-то сбился, оглянулся на пианистку…
– (25)Начни с аккорда, – негромко и спокойно сказал чей-то мужской голос.
(26)«Учитель, наверное», – мелькает у Коли в голове. (27)Он крепко сжал руки, даже зубы стиснул. (28)Как хотелось бы ему сейчас помочь другу выпутаться из беды!
(29)Кажется, всё обошлось. (30)Лёня заиграл снова, пальцы его снова бегают по струнам, только лицо у него уже не такое спокойное.
(31)Но вот он закончил играть, положил скрипку на рояль и сел на своё место, опустив голову.
(32)После концерта к мальчикам неожиданно подошёл высокий загорелый человек, держащийся очень прямо, по-военному, и протянул Коле руку:
– Коля Гриненко?
– (33)Да, – удивлённо ответил Коля, пожимая протянутую ему руку.
(34)Коля увидел, что друг его смутился, но он уже и сам догадался: Лёнин учитель.
– (35)Понравился концерт? – спросил Лёнин учитель.
– (36)Да… – ответил Коля неуверенно.
– (37)А Лёня как играл?
– (38)Хорошо играл! – решительно ответил Коля.
(39)Он подумал: надо защитить Лёню. (40)Может быть, для учителей имеет значение, когда другим нравится?
– (41)Да, неплохо играл, – сказал Лёнин учитель, – но и не совсем хорошо. (42)Работал мало!
(43)Учитель серьёзно посмотрел сначала на Лёню, потом на Колю
и вдруг улыбнулся им по-мальчишески, кивнул и отошёл.
(44)Мальчики спустились в раздевалку.
– (45)А учитель у тебя хороший, – вдруг неожиданно для себя сказал Коля.
– (46)Ещё бы! – гордо отозвался Лёня. – (47)Фронтовик!..
(48)Мальчики вышли на улицу. (49)Какой дождь! (50)Льёт прямо как из ведра!
– (51)Подождём здесь, – сказал Лёня и стал под навес.
– (52)Стой-ка, – сказал Коля; он распахнул пальтишко и сунул под него скрипку.
– (53)Да, она дождя не любит, – сказал Лёня.
(54)Он почему-то совсем не удивился поступку друга.
(По Э.М. Эмден*)
* Эсфирь Михайловна Эмден (1905–1961) – советская детская писательница, литературный редактор.